Кодекс профессиональной этики аудиторов

Новый «Кодекс профессиональной этики аудиторов»: Лингвистический аспект

Новый «Кодекс профессиональной этики аудиторов». Лингвистический аспект.

В марте 2012 г. Совет по аудиторской деятельности одобрил и принял к исполнению новую редакцию «Кодекса профессиональной этики аудиторов». В этом документе, в соответствии со ст. 7 Федерального закона № 307-ФЗ «Стандарты аудиторской деятельности и кодекс профессиональной этики аудиторов», содержится свод правил поведения, обязательных для соблюдения аудиторскими организациями и аудиторами при осуществлении ими аудиторской деятельности.

Первый кодекс этики аудиторов в РФ был принят в Санкт-Петербурге в апреле 1992 г. под названием «Кодекс профессиональной этики аудиторов Санкт-Петербурга». Первый же Кодекс профессиональной этики аудиторов России был разработан на основе "Кодекса этики профессиональных бухгалтеров", принятого Советом Международной федерации бухгалтеров в 1996 г., и утверждён общим собранием Аудиторской палаты России 4 декабря 1996 г. В дальнейшем он был одобрен Советом по аудиторской деятельности при Министерстве финансов РФ и рекомендован для использования после официальной публикации, которая состоялась в журнале «Бухгалтерский учет», 1997 г., № 3. Новая редакция «Кодекса этики аудиторов России» была принята Советом по аудиторской деятельности при Минфине РФ в августе 2003 г. (протокол № 16), последующая - в 2007 г. (протокол N 56).

Последний на настоящий момент "Кодекс профессиональной этики аудиторов" был одобрен Советом по аудиторской деятельности 22 марта 2012 г. (протокол № 4) и вступил в действие 1 января 2013 г. Он призван, с одной стороны, сохранить преемственность профессиональных аудиторских норм, с другой – соотнести имеющиеся стандарты аудиторской деятельности с быстро меняющимся социально-политическим и экономическим контекстом современности. Во вступительных положениях Кодекса открыто делается акцент на социальной значимости аудиторской профессии и «обязанности (аудитора) действовать в общественных интересах» (п.1.1), в связи с чем роль Кодекса как регулятора профессионального поведения и своеобразного компаса в социальных и профессиональных взаимоотношениях значительно возрастает. Это, в свою очередь, повышает планку требований к качеству самого документа.

Безукоризненно соблюсти требования того или иного закона, нормативного документа можно лишь в случае полной ясности и доступности изложенных в них положений. Поэтому язык деловых бумаг и документов должен соответствовать традициям и нормам официально-делового стиля современного русского литературного языка. К ведущим особенностям официально-делового стиля относятся точность (исключающая возможность каких бы то ни было инотолкований и неясностей) и стандартизация (стремление к выражению мысли единообразным способом). Эти особенности отражаются как в содержании текстов, так и в оформлении деловых бумаг и документов: характере композиции, расположении частей текста, выделении абзацев, рубрикации, шрифте и т.п.

Текст действующего «Кодекса профессиональной этики аудиторов», к сожалению, свидетельствует о нарушении ведущих стилеобразующих норм официально-делового языка. Документ имеет двухчастную структуру, содержащую различные перечни, как то: основные принципы этики; ряд правил по руководству и соблюдению этих принципов; ситуации, в которых возможно нарушение принципов этики; меры предосторожности в конкретных ситуациях; этапы аудиторской деятельности и характеристики различных этапов и т.д. Несомненно, это явления совершенно разного содержательного порядка, что должно быть определено условными обозначениями при рубрикации. Однако в тексте данного документа в одном ряду в рамках раздела оказываются «Основные принципы этики», «Разрешение этических конфликтов», «Честность», «Концептуальный подход» и др., то есть для обозначения частей перечня высшего, среднего и низшего уровней членения не использованы необходимые в данном контексте условные обозначения и пунктуационные правила (например, прописные и строчные буквы, римские и арабские цифры, скобки и т.д.), что привело к композиционному дисбалансу и смысловой неразберихе в тексте. А ведь чёткость в членении рубрицируемого текста даёт читателю возможность не просто быстро и правильно воспринимать предложенную информацию, но и осознавать смысл директив и позицию авторов документа.

Требование точности и стандартизации языка нарушено в Кодексе не только на композиционно-структурном, но и на лексико-грамматическом и синтаксическом уровнях. Текст документа изобилует такими словосочетаниями, смысл которых не ясен или явно многозначен, что затрудняет восприятие (например, в словосочетании «выбор этого клиента» (п. 2.15) непонятно, кто кого выбирает). Нельзя не отметить высокую частотность смысловой несочетаемости в тексте Кодекса (например, «уместные возможности» (п. 1.22), «за продвижение клиенту товара» (п. 2.42), «в смысле пунктов» (п. 2.45), «предложение профессиональных достижений» (п. 2.46),  «угрозы самоконтроля», «угрозы заступничества», «угрозы близкого знакомства» (п. 1.12) и др.). Во многих предложениях текста наблюдается столь обильная речевая избыточность, что понять  положения текста не представляется возможным. Вот лишь некоторые из подобных положений: «До установления или продолжения поддержания отношений или принятия конкретного задания аудитор должен…» (п. 2.30); «Принятие платы… может привести к возникновению угрозы личной заинтересованности, направленной против принципа объективности и принципа профессиональной компетентности и должной тщательности» (п. 2.42) и т.д.

Встречаются в документе и ненормативные синтаксические конструкции: «…принимает решение, что…» (п. 1.7), «Аудитор, которому предлагают заменить…или который собирается предложить…, которым занимается другой аудитор…» (п. 2.23). Нарушают процесс восприятия текста и логические ошибки: «…предвзятость, конфликт интересов либо другие лица влияли на…» (п. 1.26), «преувеличивающие уровень услуг» (п. 1.43) и т.д.

Конечно, точность и стандартизация официально-делового стиля влекут за собой употребление специальных языковых средств, образующих относительно замкнутую систему деловой речи. В деловых текстах могут формироваться и накапливаться устойчивые слова и выражения, приобретающие оттенок профессионализации или терминологичности. В таких случаях необходимо с особенной тщательностью следить за контекстом, в котором эти выражения используются, дабы не выхолащивался их первоначальный основной смысл, как случилось в тексте Кодекса с выражением «угрозы нарушения основных принципов этики». Построенное по принципу «нанизывания» родительного падежа в цепочке имён существительных (довольно частый приём в официально-деловой речи), это выражение утяжелило собой едва ли не большую половину документа. Такое избыточное использование канцелярских шаблонов, умышленное утяжеление синтаксических конструкций, противоречащее требованиям логичности, точности и краткости, тоже может быть расценено как нарушение функционально-стилевых норм языка деловых бумаг и документов.

Таким образом, вопрос об использовании специальных, стилистически ограниченных языковых средств и приёмов в текстах документов заставляет задуматься, прежде всего, о соотношении разных элементов текста и их гармоничном сочетании друг с другом. Стандарты должны быть удобны как для авторов документов, так и для читателей–исполнителей Лёгкая воспроизводимость готовых речевых формул, автоматизация самого процесса воспроизведения, облегчение коммуникации между членами профессионального сообщества – лишь небольшая доля тех преимуществ, которые даёт соблюдение норм официально-делового стиля. Говоря о грамотном и закономерном использовании стилистических стандартов, нельзя забывать об экономии усилий и времени – одном из важнейших принципов деловой речевой практики. Принцип этот проявляется не только в «материальной» экономии, но и в экономии мыслительной деятельности.

Редактирование и изучение «Кодекса профессиональной этики аудиторов» с языковой точки зрения может стать частью дальнейшего серьёзного осмысления профессии аудитора в России на новом историческом этапе. Мысль о необходимости такого осмысления активно «пульсирует» на научных конференциях и симпозиумах последних лет. Для примера можно обратиться ко II Соколовским чтениям «Бухгалтерский учёт: взгляд из прошлого в будущее», прошедшим в апреле 2013 г. на экономическом факультете Санкт-Петербургского государственного университета. Достаточно взглянуть на тематику докладов в секции «Бухгалтерская лингвистика», чтобы понять приоритетные векторы научной мысли: понятийно-терминологический аппарат бухгалтерского учёта и проблемы перевода и адаптации в различных языках бухгалтерских текстов и документов. «Кодекс профессиональной этики аудиторов» - один из множества документов, переведённых с английского на русский язык без учёта специфики лингвистических и экстралингвистических факторов. Учёные бьют тревогу. «Уже более двадцати лет, - утверждает А.С. Бакаев, д.э.н., заслуженный экономист РФ, - в России ведутся разговоры о необходимости применения МСФО, а сказать о наличии работ о практическом применении многих понятий, заложенных в МСФО, весьма трудно. Сейчас должна начаться работа непосредственно российских специалистов по переводу новых редакций МСФО на русский язык, а утверждать, что в России есть предпосылки для осуществления нормальной работы не приходится…(сказать, что ничего нет, нельзя, но результатов обсуждения нет, обобщения в кандидатских и докторских диссертациях не наблюдается)…» Особенно сетует учёный на отсутствие проработанного профессионального глоссария. При том, что необходимость наличия проработанных подходов к терминологии очень важна «в условиях, когда в соответствии с требованиями Федерального Закона «О бухгалтерском учёте» разработка проектов федеральных стандартов должна производиться органами негосударственного регулирования. Эти вопросы возникнут в работе Совета по стандартам бухгалтерского учета, создаваемого при Министерстве финансов Российской Федерации. Отсутствие единых, согласованных походов к применению соответствующих английскому тексту терминов понятий может привести к неадекватному их применению». Проблема «искажения бухгалтерской информации в результате двусмысленности лексических единиц» (по мнению к.э.н. М.О. Козловой) указывает на некорректность перевода учётно-экономической терминологии как основную причину коммуникативных неудач. Исследователь открыто утверждает: «Семантико-стилистический уровень учётной информации в процессе принятия управленческих решений, а также её коммуникативные функции требуют глубокого научного осмысления. … Следует выявить и сформулировать специфические требования к терминам бухгалтерского учёта. Отдельно следует рассмотреть пути терминообразования в бухгалтерском учёте, особенно заимствования и англицизмы, поскольку на современном этапе именно они являются основным инструментом терминообразования в интегративной терминосфере».

26 марта 2013 г. (протокол N 8) Советом по аудиторской деятельности были одобрены «Основные принципы организации перевода на русский язык международных стандартов, применяемых в аудиторской деятельности на территории Российской Федерации».

В данном документе установлены основные принципы организации перевода на русский язык международных стандартов, применяемых в аудиторской деятельности:

  • полнота перевода международных стандартов без каких-либо дополнений, изменений, удалений, а также без изменения смысла этих стандартов, заложенного в них при принятии;
  • единство терминологии, используемой в переводе международных стандартов, в частности, терминологии международных стандартов аудита и международных стандартов финансовой отчетности;
  • приоритет традиционной терминологии, принятой в российской аудиторской и бухгалтерской практике и смежных областях, перед заимствованной терминологией;
  • осуществление перевода международных стандартов, приемлемого и применимого всеми сторонами, заинтересованными в применении текста этих стандартов на русском языке;
  • систематическое сотрудничество и взаимодействие с организациями, принимающими международные стандарты, и уполномоченными органами стран, в которых применяется текст международных стандартов на русском языке;
  • соблюдение авторских прав организаций, принимающих международные стандарты, на тексты этих стандартов;
  • стабильность процесса перевода международных стандартов, в том числе достаточность, независимость и долгосрочный характеров источников финансирования;
  • участие в процессе перевода широкого круга пользователей текста международных стандартов на русском языке, включая пользователей бухгалтерской (финансовой) отчетности, пользователей аудиторских услуг, субъектов аудиторской деятельности, представителей регулирующих и надзорных органов, специалистов, имеющих опыт применения международных стандартов в аудиторской деятельности;
  • содействие созданию и распространению единого перевода международных стандартов на русский язык.

Что интересно, для целей настоящего документа под международными стандартами, применяемыми в аудиторской деятельности, понимаются:

  • международные стандарты аудита, принимаемые Международной федерацией бухгалтеров;
  • международные стандарты финансовой отчетности, принимаемые Фондом Международных стандартов финансовой отчетности;
  • кодекс профессиональной этики, принимаемый Международной федерацией бухгалтеров;
  • международные стандарты бухгалтерского образования, принимаемые Международной федерацией бухгалтеров;
  • иные применяемые в аудиторской деятельности или в связи с осуществлением этой деятельности международно признанные стандарты, кодексы и аналогичные документы, оригинальным языком которых является язык, отличный от русского языка.

Принятие «Основных принципов организации перевода на русский язык международных стандартов, применяемых в аудиторской деятельности на территории Российской Федерации» свидетельствует об осознании со стороны бухгалтеров и аудиторов необходимости высокопрофессионального перевода на русский язык международных стандартов. В русле происходящих событий хочется надеяться, что в ближайшем будущем будет кардинально пересмотрено отношение к созданию документов в области бухгалтерского учёта и аудита в России. В свою очередь, следует подчеркнуть, что бухгалтерский учёт как язык бизнеса и аудит как форма бизнес-коммуникации представляют собой актуальный, свежий срез перспективных научных исследований экономики и официально-делового стиля современного русского языка.

Лукичева А.О., кандидат экономических наук
Рябова Т.В., кандидат филологических наук